Пашка-воротила

Вы знаете, как тяжело отстирать с брюк пятно от мороженого? Ручаюсь, вы даже не догадываетесь об этом, если вы его туда никогда не сажали. А меня вот угораздило. И все из-за Пашки.

Кто он такой? Понятия не имею. Интеллигент физического труда, я бы так сказал. Он просто сидел на скамейке напротив. Но именно из-за него я и пострадал. Впрочем, сначала надо ввести вас в курс дела…

Теплым деньком, которых в наших краях выдается не так много, я присел на скамеечку в сквере на Пяти Углах, чтобы во благе душевном съесть мороженое. Но было похоже, что его заморозили с тайной надеждой переломать кому-то зубы. И мне пришлось подождать.

Скамейку напротив занимал молодой мужчина в обтрепанной одежонке, с бутылкой пива в одной руке и телефоном в другой. Причем трудно было сказать, чему уделял он больше внимания – телефону или пиву.

– Лешка, привет, это Пашка, – орал мужчина в трубку, одновременно прихлебывая из бутылки. – Как твое ничего? А я сижу на Пяти Углах, пиво пью. Приходи. А, ты в гараже? Так, может, мне подскочить? Чего у вас там – типа шашлычки, водочка? Переднюю подвеску меняете? Хорошее дело. Не буду тогда мешать. Давай.

Надо сказать, что мужику, похоже, здорово не везло. Никто не хотел разделить с ним на скамейке радость солнечно дня. Следующим абонентом оказался Саня с крайне строгой, как я понял из разговора двух приятелей, женой. Причем жена эта, как на грех, оказалась дома и в весьма жестких выражениях потребовала присутствия мужа на семейной кухне. Затем последовал звонок таинственному Вадиму. Вадим, собственно говоря, был готов на многое, если не на все. Но у него, как выяснилось, не оказалось денег не то что на пиво, но даже на троллейбусный билет.

– Нет, нет, пешком идти не надо, – узнав о финансовом кризисе друга, тут же стал отговаривать его Пашка. – Когда ты дойдешь сюда из своей Росты? К вечеру? Отдыхай, отдыхай.

Однако напор Паши не ослабевал. И он продолжал жарить по телефонным клавишам. Его упорство напоминало старания человека, пытающегося прикурить от пустой или барахлящей зажигалки. Знаете, когда фильтр уже разжеван во рту, а высечь огонь все никак не получается. А ты все чиркаешь, чиркаешь, потому что кажется, что вот-вот, еще разок и из летящих из-под кремня искр возгорится наконец-то пламя…

Удача улыбнулась ему с шестой или седьмой попытки.

– Привет, Наташка, приходи на Пять Углов пиво пить, – уже почти отчаявшимся голосом буркнул он в трубку, вертя в руке пустую пивную бутылку, и добавил слегка ошарашено, но с явной радостью: – Жду.

Я только-только приступил к оттаявшему мороженому, когда Пашка принял на телефон входящий звонок.

– Ты на остановке? – заорал он в трубку, из чего я заключил, что Наташка на подходе. – Иди прямо по дорожке. Да. Там скамейка. Рядом урна. И блевотина. Видишь? Сразу за блевотиной – налево…

Он вел приятельницу к своей скамейке с уверенностью опытного авиадиспетчера, который туманной ночью заводит «Боинг» на посадку в незнакомом пилоту аэропорту.

– Вижу тебя! Вижу! – вдруг взревел Пашка уже не в трубку, а во все окружающее пространство.

Так, наверное, кричал гоголевский Вий, когда ему наконец-то подняли веки. Надо сказать, что испугался я куда больше Хомы Брута. И как следствие – уронил мороженое себе на брюки. Забот у меня тут же, как вы сами понимаете, прибавилось. Однако краем глаза я все же заметил, как к соседней скамейке подошла призываемая панночка.

– Погодка класс! – приветствовал ее Пашка.

– Ага, – кивнула та.

– Самое время пивко попить.

– Угу, – неопределенно протянула девушка, присаживаясь на краешек скамейки.

– Сбегаешь? – поинтересовался у нее Пашка, скосив глаза в сторону. – Понимаешь, тут ко мне еще приятель обещал подойти. Боюсь, не разминуться бы.

– Ладно, – согласилась девушка, поднявшись.

– Деньги есть? А то не хочу пятитысячную купюру бить, – роясь в кармане застиранной рубашки, продолжил кавалер.

– Есть, – кивнула девушка, – я быстро.

Наташка вернулась, когда я еще не успел понять, что носовым платком оттереть следы от мороженого с брюк не удастся. Из пакета она достала две или три бутылки пива и бутылку с минералкой.

– Это я себе, – поймав недоуменный Пашкин взгляд, объяснила она цель приобретения безалкогольного напитка.

– А чего, пиво не будешь? – изумился мужчина.

– От него полнеют, – почти заискивающе улыбнулась девушка.

– Так тебе можно, – хмыкнул Пашка, ткнув ее пальцем в то место, где с анатомической точки зрения должен был находиться живот, – кости одни.

– Я на фитнес хожу, – пояснила девушка.

– Тебя на мыловарню надо отправить, – снова хмыкнул Пашка и, взглянув на пиво, добавил: – Ладно, настаивать не буду, сам выпью.

– Ага, – с готовностью подтвердила девушка.

Затем я на какое-то время полностью погрузился в исследование пятна от мороженого и потерял нить их разговора. Когда я окончательно убедился в том, что с этим пятном мне придется идти домой, пиво и минералка на скамейке напротив были выпиты досуха, а диалог дошел до сакраментальной темы.

– Натаха, бабам что нужно? – с упорством, достойным лучшего применения, допытывался у своей собеседницы Пашка.

– Любовь? – почти подсказала девушка, придвинувшись вплотную к любителю пива.

– Нет.

– Секс, – с надеждой предположила Наташка.

– Нет, – с уверенностью семейного психотерапевта заявил Пашка, – им нужно жить, как за каменной стеной. И чтобы в стене была только одна дверь – в магазин со шмотками. У меня жен сколько было? Три. С Ленкой мы, правда, расписаны не были. Сожительствовали. Но ее Светку я любил, как родную. Даже удочерил.

– Удочерил? – недоверчиво спросила девушка.

– Почти, – кивнул Пашка. – Фактически, да. У нее все было. И у всех моих жен тоже. Включая Ленку.

– С которой вы сожительствовали? – уточнила девушка.

– Да. У всех трех.

– Ты, Пашенька, вообще молодец, – ласково гладя мужчину по руке, согласилась девушка.

– Мужик должен уметь две вещи: завязывать галстук, – тут Пашка почесал кадык на торчавшей из расстегнутого воротника рубашки тонкой шее, – и зарабатывать деньги. Это главное. Я ни одну свою жену не обидел. Квартиру каждой оставил. С евроремонтом. С обстановкой. Только живи. Это же для моих родных детей. Или удочеренных. Не жалко. Машину – каждой. Катайся. С гаражом. Что, говорю, вам еще нужно? Только скажите – я все сделаю.

– Ух ты! – изумилась такой щедрости девушка.

– А что? Слава богу, не последний человек в городе, – презрительно хмыкнул Пашка. – Знаешь, сколько у меня этих квартир было? Купил, оставил, купил другую… Проблем нет.

– Ты же вроде с мамой живешь?

– Это временно, – вздрогнул мужчина. – Хочу купить квартиру. Может быть, комнату в коммуналке. Как получится. Все зависит от бизнеса. И я тебе скажу: это вещь сложная. Сейчас на биржах черт знает что творится. Но справимся. Не из такого выпутывались. Мне бы только на работу куда-нибудь устроиться…

– Может, к Лешке в автосервис пойдешь?

– Тут надо подумать, – нахмурился Пашка. – Что там делать? Опять ремонтировать всякое барахло? Я отечественные машины вообще не признаю как транспортные средства. Кто на них ездит? Уроды. У меня раньше «БМВ» была.

– А сейчас на какой ездишь? – поинтересовалась девушка.

– Сейчас? Пока я безлошадный, – с этими словами Пашка встал со скамейки.

– Ты куда? – удивилась девушка.

– Пора, – неопределенно махнул рукой ее спутник, – у меня встреча. Извини, проводить не могу. Может, на такси поедешь? Деньги есть?

– Есть, – вздохнула девушка.

– Пока тогда, – хмыкнул мужчина и быстрой походкой направился в сторону остановки.

– Пока, – протянула девушка, тоже поднимаясь со скамейки.

Она уже сделала пару шагов вдоль по аллее, когда я вдруг заметил, что на скамейке остался лежать тот самый телефон, по которому почти знакомый мне теперь Пашка созывал своих знакомых в надежде на бесплатное пиво.

– Девушка, – окликнул я Наташу, – это не ваш друг телефон забыл на лавочке?

– Ой, да, спасибо! – обрадовалась она, взяв аппарат, а потом доверительно добавила: – Это приятель брата, не мой друг, к сожалению. А я бы хотела…

– А я бы на вашем месте – нет, – пробормотал я, вновь опустив взгляд на пятно от мороженого.

– Почему?

– Да это я так, не обращайте внимания. Бегите, догоняйте.

– Ага, – кивнула девушка и бросилась вслед за своим спутником: – Паша, подожди. Телефон. Куда тебя на такси отвезти?

Вот, собственно говоря, и вся история. Остается только вывести с брюк пятно от мороженого.